27 марта 2020
Кризис плюс карантин. Бизнес в шоке

Как кризис-2020 и карантин по коронавирусу сказываются на экономике Новосибирской области? Эксперты, банкиры, промышленники и финансисты обсудили ситуацию на круглом столе «Кризис-2020: новые вызовы и возможности», организованном редакцией бизнес-портала InfoPro54 и Новосибирским государственным университетом экономики и управления (НГУЭУ).


«Черный лебедь», которого ждали

Мировой кризис эксперты прогнозировали еще в середине 2019 года. Как напомнила старший вице-президент, управляющий Сибирским филиалом банка «ФК Открытие» Ирина Демчук, по оценкам экспертов банка, он должен был начаться до конца 2020 года. Но общество как всегда не реагировало на сигналы — и даже в том, что касается коронавируса.

— В начале февраля Роспотребнадзор призвал ограничить поездки за рубеж, хотя сейчас понятно, что решения нужно было принимать оперативно и жестко: уже в феврале потребовать прекратить продажи туров. Этого не произошло. Тогда я предупредила клиентов, что следующим шагом будет рост курса доллара, так как очевидными были события в Китае по остановке производства и снижению потребления энергоресурсов. Это неизбежно затрагивает финансовые рынки. 5 марта мы получили информацию о том, что 1 апреля контракт ОПЕК+ не будет подписан, нефть начала падать, а доллар расти, — перечисляет хронологию событий Демчук.

Управляющий партнер DSO Consulting Сергей Дьячков считает, что президент США Дональд Трамп борьбой с китайским товарами и производителями пытался отсрочить наступление экономического кризиса.

— Мифология сегодняшнего момента заключается в том, что многие считали: Трамп — предприниматель, ему удастся сделать так, чтобы американская экономика росла дальше. Когда ты пытаешься кризис отсрочить, он бьет тебя только сильнее. А бьет США, бьет и весь остальной мир, — рассуждает эксперт. — Нынешний экономический кризис наложился еще и на пандемию по коронавирусу, то есть «черных лебедей» стало больше.

При этом Дьячков отмечает, что экономика России фактически не росла последние 6-7 лет. Новый кризис разворачивается на фоне стагнации, что усугубляет его последствия для страны.

Региональный управляющий филиала «Новосибирский» Альфа-Банка Андрей Фишер также отмечает, что после роста мирового рынка в течение последних 10 лет снижение прогнозировалось, но все произошло фатально — с коронавирусом и падением цен на нефть.

— На мой взгляд, сложившаяся ситуация для России не будет столь фатальна, как могла бы быть. Мы по-прежнему работаем в режиме санкций, у нас нет западного фондирования. Я бы даже сказал, что в какой-то мере это хорошо, так как является еще одним стимулом, чтобы Россия слезла с нефтяной иглы. Государству придется принимать решения по структурным вещам, иначе народ, который привык жить более-менее нормально, будет выходить на улицы, — не исключает банкир.

Финансист, инвестор, председатель НРО ООО «Российский Союз Налогоплательщиков» Александр Лубенец считает все происходящее на рынках нормальным стресс-тестированием. До этого подобные ситуации только моделировались, в том числе Центробанком, а сейчас для России это реальная ситуация.

— Лично я всех приезжающих ко мне иностранных инвесторов благодарю за санкции. Именно из-за них наше правительство было вынуждено заняться собственной страной, разрабатывать реальные механизмы поддержки бизнеса, пересматривать законы и т.д. К сожалению, только внешний толчок заставляет нас задумываться о необходимости перемен, — рассуждает он. — Сейчас лично я с нетерпением жду, когда в Москве осознают последствия перехода на дистанционную работу и поймут, что в таком количестве чиновников, в принципе, нет необходимости. Все и без них крутится. Стресс-тестирование позволит переоценить много разных ситуаций. А у нас оно еще накладывается на предвыборные дела 2020-2021 годов, что будет дополнительным стимулом для пересмотра. В этот период власть начинает лучше слышать народ и бизнес.

Входим в штопор

К пострадавшим от коронавируса правительство РФ уже отнесло компании, работающие в сфере туризма, отельеров, рестораторов, а также перевозчиков. Они смогут рассчитывать на лояльность со стороны налоговых органов.

— Все рестораны, турфирмы работают на упрощенке или вмененке со средней зарплатой до 10 тысяч рублей. Именно поэтому здесь такая высокая конкуренция. Никого не хочу обидеть, но эти отрасли относятся к излишнему потреблению. Мы идем в ресторан или турфирму только тогда, когда зарабатываем значительно выше среднего. Я не вижу ничего страшного в том, что часть бизнесов закроется, и это не задача правительства РФ, президента — их поддерживать, — заявляет генеральный директор АО «Новосибирский КБК» Игорь Диденко.

Между тем, куда больший удар коронавирус, связанные с ним карантинные меры, а также резкий рост курса иностранных валют, наносят промышленным предприятиям. Они являются крупными плательщиками налогов, которые поступают в региональные и федеральный бюджеты. Именно на производствах сосредоточено большое количество работников, и они в случае проблем предприятия могут пополнить ряды безработных.

— В ВРП Новосибирской области промышленники дают 26%, с учетом НДФЛ мы платим 49% налогов, а если посчитать НДС, то около 70%, — напоминает Диденко.

Представители промышленников признают, что сейчас у них выросли заказы от производителей стратегических групп продовольственных товаров, так как сети пытаются обеспечить возросшее потребление со стороны населения. Но отмечают, что вслед за этим ростом будет неминуемый спад, и не уверены в финансовом обеспечении этих контрактов.

— Мы платим налоги по отгрузке, а деньги за предоставленный покупателю товар к нам в это сложное время вообще могут никогда не прийти. Собрать оплату с 300 предприятий, которые по разным причинам оказались в форс-мажорной ситуации, практически нереально. У меня лично из-за таких перспектив подрагивают колени, — признается Игорь Диденко. — От наших поставок зависят все пищевые предприятия, а мы — от их своевременных расчетов. Я каждый день тесно общаюсь с руководителями сотен сибирских предприятий из разных отраслей и вижу, что в производстве промышленных товаров, мебели уже происходят настораживающие вещи — падение заказов составляет от 15 до 40%.

Не менее сложная ситуация и в «Новосибирском КБК». Диденко пояснил, что из-за карантина к нему не могут выехать иностранные специалисты для пусконаладки установленного на новой фабрике оборудования. Все возникающие вопросы дистанционно решить невозможно.

— Мы работаем с партнерами по телефону, электронной почте, видеоконференциям, но отсутствие 20 наладчиков из Европы и Китая уже привело к отставанию от графика на 3 месяца. Учитывая стоимость проекта (более 1,5 млрд рублей), один день отставания стоит для нас в виде процентов около 500 тысяч рублей, — констатирует он.

Мало того, количество необходимых комплектующих для действующих производств на складах сокращается. Цепочки поставщиков, тоже оказавшихся в форс-мажорных ситуациях, рвутся. Напомним, АО «Новосибирский КБК» является крупнейшим производителем гофрокартона и упаковки в Сибирском федеральном округе. Диденко уверен, что в случае сбоев на предприятии другие игроки рынка оперативно заместить объемы не смогут.

О проблемах с привлечением иностранных специалистов для работы с оборудованием говорят и в ООО «Сибирское стекло», которое реализует проект строительства новой стекловаренной печи стоимостью 1,5 млрд рублей.

Директор ООО «Нео-Пак» Александр Ладан рассказывает, что пока партнеры компании, в том числе в странах СНГ, не сокращают объем закупок. Но, прежде всего, потому, что в контрактах за это прописаны очень жесткие санкции. При этом он констатирует: заводы, потребляющие упаковку, в Казахстане работают далеко не в полную силу.

Главной проблемой для «Нео-Пака» сейчас является вопрос с закупкой сырья для собственного производства. Цены на него выросли, это тянет за собой вынужденный рост цен на саму упаковку.

— Торговые сети жестко контролируют на предмет «необоснованного роста цен» на стратегические продукты питания. С одной стороны, это решение можно назвать логичным, хотя, на мой взгляд, популизма тут гораздо больше. Но! Упаковка для этих продуктов питания на 70% состоит из гранул импортного производства (расчеты в евро) и на 30% — из гранул российского производства, которые выпускает околовластная компания ПАО «Сибур» (владелец Леонид Михельсон). Как только валюта выросла, они первыми подняли цены на свою продукцию на 15%. На каком основании?! Они используют российское сырье, — возмущается Александр Ладан. — В итоге получается, что мы, как производитель B2B, оказываемся в странной ситуации. У нас и до кризиса рентабельность бизнеса составляла 7%, на складах нет запасов невостребованного сырья, работать себе в убыток мы не можем, а ритейлерам и производителям продуктов питания «не рекомендуют» поднимать цены.

Игорь Диденко добавляет, что пока сырьевые экспортно-ориентированные компании будут продавать на экспорт товары дешевле, чем в России, получать из бюджета НДС, ни о каком реальном развитии промышленности в стране говорить невозможно.

— Почему у нас в стране нет масок, если они изготавливаются из нашего полипропилена? Потому что его нужно вначале превратить в нетканный материал. У нас таких производств немного. Почему? Потому что «Сибур» продает полипропилен в Китай на 20-30% дешевле, чем на местном рынке, а государство, собирая НДС с малого и среднего бизнеса, возвращает «Сибуру» при экспорте еще 20%. В результате Китай имеет полипропилен на 50% дешевле, чем российский предприниматель, при этом у них НДС на уровне 3%, — констатирует Диденко. — Я уже не говорю о том, что у нас, нефтедобывающей страны, при падающей цене на нефть стоимость бензина растет, тогда как в других странах снижается.

Представитель ГК «Стрижи», председатель совета реготделения партии «Зеленые» Игорь Украинцев акцентирует внимание на проблеме, очень актуальной для строителей. По его словам, отрасль уже ощущает дефицит рабочих рук.

— Строительную отрасль нельзя перевести на удаленку. Если каменщики/отделочники уйдут на карантин, могут полететь все сроки сдачи объектов. Государство должно разделить с бизнесом риски от тех карантинных мероприятий, которые вводит, — заявляет Украинцев.

Напомним, ранее в этом сегменте работали в основном трудовые мигранты из стран СНГ, которые сейчас возвращаются домой.

25 марта президент РФ Владимир Путин объявил, что неделя с 30 марта по 5 апреля объявляется выходной, чтобы предотвратить распространение коронавируса. Выходные будут проходить с сохранением средней зарплаты граждан, то есть оплачивать их будут работодатели.

Форс-мажор не прописан

Фактически сегодня к форс-мажорным обстоятельствам в России никто оказался не готов. Как заявила управляющий партнер адвокатского бюро «Гребнева и партнеры» Ирина Гребнева, сегодня в РФ ни на местном, ни на федеральном уровне нет ни одного внятного нормативного акта, который бы давал какие-то послабления, льготы или субсидии предпринимателям, пострадавшим от кризиса. Нет ни одной законодательно закрепленной меры поддержки во время кризиса и карантина. Только в некоторых регионах сегодня установлены обстоятельства форс-мажора. А тем временем эта проблема становится актуальной для все большего количества компаний.

— В договорах мы всегда прописываем, что «обязательства могут не исполняться в случае форс-мажорных обстоятельств». Оказалось, что даже юристы не понимают, что это такое. Пока только Торгово-промышленная палата Санкт-Петербурга и на уровне правительства Москвы бизнесу начали выдавать свидетельства о том, что «наступили обстоятельства форс-мажора», — пояснила юрист. — В Новосибирске, так как город не закрыт на карантин, не введена чрезвычайная ситуация, даже этот довод никто не может применять. Все стараются договариваться.

Гребнева считает, что новосибирским промышленникам, предпринимателям нужно объединяться и обращаться к органам власти об официальном признании сложившейся ситуации форс-мажором.

— Последствия форс-мажора, к которому относится карантин при коронавирусе, могут быть очень серьезными. В Новосибирской области около 300 тысяч человек работают в бюджетной сфере. Сейчас все школы отправили на карантин, на очереди детские сады и другие учреждения. Деловая активность в регионе из-за этого уже начала снижаться. Пока не резко, но мы отмечаем такую тенденцию, — констатирует Ирина Демчук.

Снижение деловой активности можно заметить и на примере сокращения пробок в часы пик на улицах Новосибирска. Частично это обусловлено тем, что ряд компаний перевели сотрудников на дистанционную работу в хоум-офисах. При этом, судя по сообщениям в соцсетях и мессенджерах, некоторые работодатели-промышленники уже выводят работников в административные отпуска, чтобы сократить свои издержки.

Впрочем, Ирина Демчук отметила, что 24 марта «Агентство стратегических инициатив» (АСИ) направило письмо в адрес первого вице-премьера правительства РФ Андрея Белоусова с просьбой признать ситуацию с коронавирусом форс-мажорной, в соответствии со статьей 401 ГК РФ. Пока официальной информации об этом решении нет.

На государство надейся…

Генеральный директор ООО «Сибирское стекло», международный эксперт стекольной отрасли Павел Бобошик считает, что сейчас многие страны соревнуются между собой: кто введет более крутые ограничения, связанные с коронавирусом. Но это путь в никуда. Очень многое в России, по его мнению, будет зависеть от того, кто будет рулить ситуацией в многофакторном кризисе: экономисты или политики-популисты. В Америке экономисты проигрывают.

— То, что Россия много потеряет в условиях кризиса — понятно. Замедление экономического роста в мировой экономике приведет к падению спроса на газ и нефть. Да, в Америке сейчас тоже разваливаются компании, которые занимаются добычей сланцевой нефти, но через 2 года вместо них создадут новые, и при стабилизации ситуации все наладится, — прогнозирует он. — Сейчас экономисты и промышленники в России должны давить на государство, чтобы строить больницы, запускать производство масок, работать над вакциной и т.д. Ничего этого пока не делается.

Игорь Диденко также считает, что ни в правительстве РФ, ни в регионах сегодня еще до конца не понимают, что происходит. Бизнес готов обсуждать меры поддержки, которые власть могла бы предоставить, готов делиться своими наработками. На федеральном уровне это, во-первых, налоговые «каникулы» на период турбулентности 3-6 месяцев. Во-вторых, снижение страховых взносов — налога на труд. Это способствует сохранению рабочих мест, неснижению уровня зарплат, стимулирует выход из тени тех, кто занимается налоговой оптимизацией. В-третьих, снижение НДС как минимум до 15%. По оценке Игоря Диденко, учитывая снижение цен и объемов экспорта, государство будет меньше возвращать НДС экспортерам, а значит, можно снизить ставку, не потеряв объемы сбора внутри страны, тем самым поддержав производителей товаров, а как следствие — и потребителей.

— Со сложившейся ситуацией лучше справятся те регионы, где ведущую роль будет играть экономический блок. Если в регионе нет реальной экономической стратегии или он не готов ее быстро адаптировать к новым вызовам, то ничего не получится. Сегодня понятно, что услуги и туризм — это не «наше все». Крепкий рубль, стабильные доходы граждан и бюджет могут опираться только на реальный сектор. Нужны смелые, возможно непопулярные, но действенные шаги. Оперативные — для стабилизации экономической ситуации и долгосрочные — для использования открывающихся возможностей для прорыва и развития. Всех обложите налогами, которые будете учитывать и собирать через современные цифровые каналы, но взять то будет нечего и не с кого, — предупреждает он.

Участники круглого стола напомнили, что в Новосибирской области министра экономического развития нет уже 1,5 года. В статусе и.о. ведомство возглавляет Лев Решетников, ранее занимавший должность замминистра.

Сопредседатель Новосибирского областного отделения «Опора России» Виктор Остахов сообщил, что в рамках отделения создан штаб для помощи предпринимателям.

— 23 марта мы направили в адрес губернатора Новосибирской области Андрея Травникова письмо о том, какие меры поддержки можно было бы предоставить предпринимателям. В этот список входят льготные каникулы по аренде государственного и муниципального имущества, снижение ставки УСН до 1% (сейчас 6%) при объекте налогообложения «доходы» и до 5% (15%) при объекте обложения «доходы минус расходы». 20 регионов РФ уже приняли такое решение по всем категория налогоплательщиков, свыше 50 — по отдельным видам деятельности, — рассказывает Остахов.

Кроме того, по его словам, отделение готовит предложение по сокращению нагрузки по уплате НДФЛ и прочих зарплатных налогов. По словам Остахова, для многих предпринимателей МСП сейчас и так стоят большие вызовы: как сохранить бизнес, покупательскую способность и быть в рынке, что невозможно сделать без сотрудников, команды, и вопросы по уменьшению налоговых нагрузок были бы определенным подспорьем в это нелегкое время.

— Между прочим, это нормальная практика всех цивилизованных стран, — подчеркивает Остахов.

Игорь Диденко считает, что сегодня власть как никогда должна обращать внимание на действия компаний, которые являются естественными монополиями.

— В марте мы проиграли суд ОАО «Новосибирскэнергосбыт» за «перебор» электроэнергии выше установленной мощности — нас оштрафовали, обязав выплатить тариф в двойном размере. Причина в том, что ОАО «РЭС» более 2 лет согласовывал нам получение мощности, хотя физически она была на площадке с советских времен. И это происходит в то время, когда многие предприятия останавливаются и не потребляют электричество, — возмущается Диденко. — Такая работа и поведение — антигосударственное и антинародное. Может, и нам начать через суд взыскивать деньги у потребителей упаковки за большие заказы?! Вряд ли получится. А суды, вынося такие решения, потворствуют монополистам. Похожая ситуация с подключением газа.

Все это только усугубляет и без того непростую ситуацию. Сейчас будем выносить этот прецедент на обсуждение в антикризисный штаб при полномочном представителе президента в СФО. Постараемся привлечь ФАС, чтобы подзакрутить гайки монополистам.

Крайне негативно участники круглого стола оценили решение Россельхознадзора о запрете экспорта крупы. При условии, что российские нефть и газ никому не нужны, эта статья экспорта могла бы стать источником получения средств для сельхозпредприятий, а также других отраслей.

— Предприниматель вырастил крупу, заказал упаковку, хочет отправить ее в Казахстан, а ему говорят — стоять! И что?! Он завтра обанкротится и будет просить освобождение от уплаты налогов? Все надзорные органы как будто соревнуются между собой — кто больше и быстрее запретит. Остановитесь вы уже, подумайте, взвесьте! — восклицает Игорь Диденко.

Александр Лубенец также считает решение о запрете экспорта сельхозпродукции крайне ошибочным. Он отмечает, что в России фактически не работает такой инструмент, как зерновые интервенции. В результате государство не покупает зерно у сельхозпредприятий, при этом закрывает для них другие рынки сбыта. Между тем до начала посевной остаются считанные недели.

— Мне звонили из Киргизии, Китая, просят оказать содействие в организации поставок зерна, круп. А производителям перекрывают кислород. Получается, продукция будет гнить на элеваторах? — констатирует эксперт.

Депутат горсовета Наталья Пинус считает, что, поднимая вопрос о господдержке, бизнесу нужно помнить и о поддержке сотрудников компаний, которые будут отправлены в административные отпуска или уволены. Она не исключает: количество малообеспеченных граждан в регионе за счет этих процессов может существенно вырасти — и встанет вопрос даже о продуктовых наборах. При этом очевидно, что муниципальные бюджеты с этой нагрузкой не справятся.

— В условиях кризиса и карантина крайне важно, чтобы власть принимала взвешенные профессиональные решения, четко оценивая их последствия, а также обеспечивая их безусловную реализацию, — говорит Пинус. — Пока получается, что даже в обычной жизни власть со своими обязательствами — уборка снега, обеспечение нормального движения транспорта и т.д. — не справляется. Где гарантия, что она сможет защитить людей в кризисный период? Я пока этого не понимаю.

Тем не менее Александр Лубенец не исключает, что сейчас наступило то время, когда принимаются и будут приниматься достаточно много мер, введение которых долгие годы было невозможно сдвинуть с места.

— ЦБ, к примеру, пересматривает требования по резервам относительно бизнеса, пострадавшего от кризисной ситуации и карантина, они много лет связывали банки по рукам и ногам, душили бизнес. Правительство заявляет о разработке мер по предоставлению налоговых каникул, о готовности пересматривать закон о банкротстве, о субсидиарной ответственности руководителей, — перечисляет эксперт. — У нас в стране совершенно не работает система оздоровления бизнеса. Она на руку только рейдерам, заинтересованным в уничтожении компаний, генерирующих рабочие места и налоги. Для этого есть куча технологий. Закон о субсидиарной ответственности исполнительных органов — тоже инструмент рейдерства. Моментов, которые не работают на отечественную экономику, очень много, и их нужно пересматривать. Кризисная ситуация обостряет все эти проблемы.

Лубенец признает, что многие принимаемые сейчас меры носят «пожарный» характер. По его мнению, задача бизнеса и общества — объединиться и добиваться того, чтобы те из них, что двигаются в правильном направлении, потом стали постоянными. Андрей Фишер также не исключает: кризис 2020 года сподвигнет власть как на региональном, так и на федеральном уровне заниматься развитием собственной экономики и производства, а также производства средств производства, которое сегодня в России находится на нулевом уровне.

Ирина Гребнева относится к господдержке более скептично и рекомендует предпринимателям не верить в обещания и популистские заявления власти.

— Тут политика должна быть юридически законная, но жесткая. Отвечать за все все равно будет предприниматель, в том числе он будет нести персональную уголовную ответственность. Слова, что «все так делали и всегда так делают» не являются смягчающим обстоятельством, — предупреждает она. — Возможно, стоит подумать и принять непопулярные жесткие меры и, прежде всего, сократить свои затраты. Если ситуация нормализуется, то все восстановится.

25 марта в своем обращении президент РФ Владимир Путин предложил с 30% до 15% снизить размер страховых взносов на сумму зарплат, превышающих МРОТ. Для компаний из секторов, наиболее пострадавших от коронавируса, ввести мораторий на 6 месяцев на подачу заявлений кредиторов о банкротстве и на взыскание штрафов. Список отраслей глава государства не уточнил, отметив, что его будет определять и корректировать правительство. Малому и среднему бизнесу из наиболее пострадавших отраслей предлагается предоставить отсрочку по всем налогам кроме НДС, а также взносам в соцфонды для микроорганизаций и отсрочку по кредитам на 6 месяцев.

Банки помогут?

Будущее многих предприятий сегодня зависит от того, какие решения будут принимать банки. Предприниматели заявляют: если смогут получить понимание и поддержку от кредитных организаций, то все будет нормально. Если ЦБ начнет закручивать гайки, а банки — повышать ставки и ужесточать условия, то начнутся массовые банкротства.

— По инструкциям ЦБ, если у человека есть справка о том, что он переболел коронавирусом, то он может получить рассрочку. Их получили все банки, и они будут действовать до 30 сентября. В свою очередь, мы готовим программы по реструктуризации ипотеки и потребительских займов, понимая, что люди будут испытывать сложности, —говорит Андрей Фишер.

По его словам, ЦБ уже принял ряд мер относительно поддержки бизнеса. По программе 8,5 ставка снижена до 6%, а также сокращены отраслевые ограничения. На мартовском заседании Банк России оставил ключевую ставку на прежнем уровне.

— Это, в принципе, неплохо. На рынке будут более-менее дешевые деньги, и компании малого бизнеса смогут ими воспользоваться, — рассуждает банкир. — Что касается компаний среднего и крупного бизнеса, то тут будут приниматься точечные решения. Если компания готова идти на диалог с банком, усиливать свои позиции, а собственник — подкреплять залоги, в том числе личным имуществом, то банки будут двигаться. Сроки принятия решений станут максимально сокращаться. Главное, чтобы никто не воспользовался ситуацией и не попытался списать все возникшие в бизнесе проблемы на кризис.

Павел Бобошик также считает, что вероятность таких действий со стороны компаний, оказавшихся в сложной финансовой ситуации, достаточно высока. Один из ярких примеров — автомобильная промышленность.

— Сейчас по всему миру закрываются заводы автоконцернов. Пока на 2-3 недели. За ними по цепочке останавливают производство их поставщики. Автопроизводители говорят: «Из-за кризиса никто не покупает нашу продукцию»! На мой взгляд, проблема в другом. За 10 лет чрезвычайно активного экономического роста во всем мире эти компании переборщили со своими мощностями и эффективностью, — говорит топ-менеджер с международным опытом. — Сегодня, когда на рынке активно развивается каршеринг, Uber и т.д., многим, в принципе, не нужны автомобили. Пусть за просчеты в стратегии частных компаний платят их акционеры, а не государство.

Павел Бобошик добавляет, что ношение масок, закрытие границ, перевод детей и студентов на онлайн-обучение, новые формы организации труда, ограничение перемещения граждан из группы риска и т.д. — противоэпидемические меры — необходимы. Однако их ужесточение не должно привести к парализации финансово-хозяйственной деятельности в стране.

— Сегодня столь же необходимо изменить подходы во взаимоотношениях с налогоплательщиками: банки могли бы предоставить ипотечные каникулы заемщикам, а государство — снизить давление на бизнес, в том числе освободить на определенный срок от уплаты части налогов, — перечисляет он.

Ирина Демчук уверена, что в отношении клиентов, понимающих перспективы своего развития, банки будут вынуждены предпринимать все усилия, чтобы поддерживать их бизнес — в меру своих возможностей, установленных ЦБ и размером капитала банка. В то же время она заявляет, что с рынка будут уходить неэффективные и мелкие банки.

— К этому нужно относиться спокойно. Рынок будет очищаться от ненужных игроков. Где-то искусственно, где-то естественным путем. Выживут только сильнейшие, — говорит Демчук. — Но, конечно, многое зависит и от мер, которые примут для поддержки населения и бизнеса.

Напомним, Банк России уже предупредил, что, не дожидаясь 20 апреля, может принять решение о повышении ключевой ставки. Сегодня в качестве индикатора называется 1,5%.

— Мы работаем в полях и на передовой, поэтому первыми реагируем на потребности и запросы клиентов, поэтому будем внимательно и оперативно реагировать и прорабатывать каждый вопрос и запрос. При этом однозначно должна вырасти роль ФАС по контролю за решениями компаний, занимающих на своих сегментах рынка монопольное положение, так как это влияет на себестоимость и затраты, — подчеркивает Ирина Демчук.

Сергей Дьячков также прогнозирует рост процентных ставок. Он уверен, это скажется на экономике удушающе: уменьшит рентабельность бизнеса и увеличит нагрузку на компании. Игорь Диденко согласен — это решение ЦБ может привести к коллапсу. По его словам, в нынешней ситуации Банк России должен не повышать, а снижать ставку.

— К чему приведет повышение ключевой ставки? Напомню, в 2014 году банки подняли ставки с 9 до 31%, по инструкциям ЦБ, клиентам нельзя было перекредитоваться, взять дешевый кредит и погасить дорогой, когда через 1,5 месяца ставки пошли вниз. Ты должен был обанкротиться, погасить дорогой кредит, а потом взять дешевый, — вспоминает Игорь Диденко. — Нас это тоже затронуло. Мы «переворачивали» 500 млн рублей. Это был кошмар! Нам повезло, мы выжили. А через 5 лет налоговая и все прочие надзорные органы трепали нам нервы за «притворные» сделки, манипуляции и т.д. Многие предприниматели в похожей ситуации, не справились, хотя это был качественный бизнес. Сотни банкротств, десятки тысяч людей в Новосибирске потеряли тогда работу и ту самую социальную стабильность. В экстремальных ситуациях руководитель чаще действует не максимизируя прибыль, а преодолевая кризис с минимальными потерями для социального окружения. Мы выживаем только вместе. Тогда нам удалось объединиться, уверен — другого пути нет, должно получится и сейчас. Вызовы стоят сложные. Путешествие не будет легким, но точно интересным!

Директор филиал ИК «Фридом Финанс» в Новосибирске Регина Дзикавичюте не исключает, что у предприятий могут возникнуть сложности с привлечением кредитных ресурсов, и предлагает изучить возможности займа в виде облигационного выпуска.

— Рассмотрите для себя возможность размещения облигаций. По себестоимости имеет смысл выходить на публичный долговой рынок при займе от 50 млн рублей, — говорит она. — Брокерские и инвестиционные компании с удовольствием включат в портфели своих клиентов такие займы — до 3-5% от портфеля. При наличии кэш-фло вы сможете выкупать их с рынка. Владельцы облигаций также получат льготы при выплате купона. Хотя выступление Путина, похоже, ограничило эти льготы. Тем не менее это хороший инструмент, который не требует залогов, в отличие от банковских кредитов.

Все только начинается

К сожалению, все участники круглого стола признали: для России кризис только начинается. Александр Лубенец считает, что до ноября 2020 года, то есть до выборов президента Америки, США будут «заливать пожар» деньгами, и основной удар по мировой экономике можно ожидать к концу года. Именно поэтому сейчас инвесторы активно уходят с фондового рынка и из доллара в золото. По словам заведующего кафедрой экономической теории НГУЭУ Геннадия Ляскина, пока РФ слышит только раскаты грома, прогремевшего в США и КНР. По его оценкам, мировую экономику ожидает глобальное изменение ландшафта и рецессия. По самым оптимистичным прогнозам, она будет длится 1-2 квартала. Эксперт сравнивает ситуацию с временами Великой депрессии XX века.

— Власть в России считает, что у нас сформирована большая «подушка безопасности». Но возникает вопрос: куда будут направлены эти резервы? На реструктуризацию кредитов и поддержку реального сектора, на реиндустриализацию промышленности, выстраивание новых производственных цепочек? Похоже, снова нет. Хотя экономисты неоднократно говорили о том, что это необходимо во время предыдущих кризисов, — напоминает Ляскин. — В России сегодня нет внятной программы развития промышленности. У меня такое опасение, что власти снова обращают внимание на бюджетные рычаги. Для экономики будет очень плохо, если, как в 2008 году, правительство создаст круг мультипликативных предприятий, куда будет закачивать резервы. Это самый худший вариант. Ставка ЦБ на удержание инфляции на уровне 4% на фоне крайне волатильного курса рубля также ошибочна. Если все так и будет продолжаться, то мы в итоге получим стагфляцию на годы.

Павел Бобошик прогнозирует, что по итогам первого квартала 2020 года мировая экономика покажет отрицательный рост, во втором — нулевой, и только по итогам третьего выйдет на положительные значения. Китайская экономика уже начала восстанавливаться и работает с загрузкой 110%.

— В России я пока не вижу каких-то предпосылок для изменения ситуации ни со стороны общества, ни со стороны правительства. Можно говорить только о ситуационных улучшениях, которые непонятно на какой срок закрепятся. Думаю, Россия будет выходить их этого кризиса минимум 2 года, — констатирует он. — В такой ситуации однозначно придется менять стиль работы, ни в коем случае нельзя закрывать границы. Трудовые мигранты из стран ЕС вернутся к себе на Родину: в Украину, Молдавию, государства СНГ. Там возникнет безработица, в то время как в Европе и России рабочей силы может не хватать.

Сергей Дьячков считает, что кризис в мировом масштабе продлится минимум 1-1,5 года.

— Начался новый Кондратьевский цикл, мы находимся в повышательном тренде и месяца через 3 увидим отскок на фондовых биржах, а далее начнется фаза экономического роста. Но это в мировом масштабе. Для России будет другая ситуация. Спрогнозировать ее сейчас невозможно, так как она зависит от политических решений, — заявляет он.

Игорь Украинцев прогнозирует резкое сокращение расходов предприятий на экологические программы. По его оценкам, их реализация отложат минимум на несколько лет, так как сейчас бизнес будет просто думать о том, как ему выжить. Маловероятно, что в такой ситуации реализуются проекты по переходу от угля и нефти к возобновляемым источникам энергии.

Впрочем, Александр Ладан не исключает, что кризис 2020 года простимулирует появление в России новых импортозамещающих производств. Если они смогут заручиться поддержкой банков.

— Например, растворитель, который мы используем в краске для печати, мы закупали в Европе. Оказалось, что его также используют для изготовления антисептиков, и сейчас ЕС запретил его экспорт, внеся в список стратегического сырья. Сегодня на одном из предприятий России стартует его производство, — пояснил он. — Надеемся, он сможет стать достойным конкурентом европейскому аналогу.

Ирина Демчук предупреждает, что пока Россия живет на сырьевой экономике, никто не имеет права расслабляться:

— Наше поколение, потерявшее деньги в 90-х годах, понимает, что все время нужно быть готовым к любому развитию событий. Необходимо быть гибким и адаптивным к любым условиям, уметь принимать различные вызовы. Неопределенность будет до конца наших дней. Нужно жить по средствам!

Автор: Юлия Данилова

Источник: Infopro54.ru